friendcake

"Ритуальное блюдо на Празднике Опыления - маринованное бедро антилопы с трюфелями, кушанье острое и пряное, куда добавляют стручковый перец, корицу, тмин, гвоздику, имбирь, мускатный орех и зерна кардамона. <...> Тем более приятно мне было видеть, что она с аппетитом есть поданное на ужин бедро антилопы, сначала воздав должное закускам, которые по традиции подаются перед этим блюдом, - салату из цветущего эстрагона, колибри на маленьких вертелах, щенячьим мозгам с гарниром из кабачков, жареным зуйкам в виноградных листьях, соте из бараньих щек, губ и подбородков, а также хвостом ягнят, которые представляют собой просто-напросто мешки с салом. При этом рекой текли пальмовое вино и рисовая водка"

"Однажды, когда они, по обычаю, встретились в Латинском квартале, Пола стояла и смотрела на асфальт, и уйма народу тоже смотрела на асфальт. Пришлось остановиться и тоже осмотреть портрет Наполеона в профиль, рядом великолепное изображение Шартрского собора, а чуть поодаль – кобылицу с жеребенком на зеленом лугу<...>

Мир, нарисованный цветными мелками, крутился вокруг и втягивал их в свою пляску: жареный картофель – желтыми мелками, вино – красными, бледное, нежное небо – небесно-голубыми с прозеленью там, над рекою. Еще раз бросить монетку в ящичек из-под сигар, чтобы удержать, не дать исчезнуть собору, вернее, обречь его на исчезновение лишь с тем, чтобы он потом вернулся вновь, и исчез под струей воды, и снова – штрих за штрихом, черный мелок, синий, желтый – возвратился бы сюда. Улица Дофин – серыми мелками, лестница – густо-черными; комната с ее ускользающими очертаниями хитро вычерчена зелеными; шторы – белыми; на постели пончо – всеми цветами радуги – да здравствует Мексика; любовь – мелками, жаждущими фиксатора, который закрепил бы ее в непрочном сегодняшнем мгновении, любовь выписана душистыми мелками, губы – оранжевыми, тоска и пресыщение – бесцветными мелками, кружащимися в неуловимой пыльце, что оседает на спящие лица, на тела, подобные спрессованному тоской мелу." 

«В первый же вечер в Киото нас отпустили погулять. Я, Хадзимэ и Масару тут же отправились в ближайший кинотеатр. Это очень большое и красивое здание, похожее на дворец. Только вот сиденья неудобные — узенькие и жесткие, сидишь на них, как на насесте, никак не устроишься, даже попа занемела. Какой-то мужчина позади нас все время говорил сердито: „Ну-ка сядьте! Сядьте!" Вот думаешь, кажется, уселся удобно, однако этот человек как нарочно стал поучать нас снова. А стулья-то оказались складными! Вот почему мы втроем то и дело проваливались, а потом чесали головы. Матушка, посидеть бы вам разок на таком же стуле, так сразу почувствовали бы себя императрицей!» 
                                                                                                                                            (Юкио Мисима "Шум прибоя")
p.s. Немного о контексте. Дети с отдаленного, затерянного в Тихом океане острова поехали на трехдневную экскурсию в город. Событие вселенского масштаба. Многие островитяне никогда в жизни не покидали своей маленькой Родины и еще за несколько дней до назначенного отъезда в храмах острова были раскуплены все амулеты и обереги
 

Мои ученики-восьмиклассники говорят, что второй тур президентских выборов просто необходим. Ведь тогда они получает еще 2-3 дня внеочередных каникул (Во многих школах нету занятий 2,3 и 5 марта. Подготовка к голосования. Санитарные дни)
( Маленькая задача в тему  )
 

Задача доисторических времен. Двое студентов договариваются о встрече на станции N, c 12 до часа дня. Мобильных телефонов нет, городских, видимо, тоже. Они договариваются ждать друг друга ровно 30 мин. По истечении получаса ожидающий с чистой совестью покидает напрасное место встречи. Спрашивается, какова вероятность встречи студентов? 

( Что открывается герою задачи в привычных лицах московского метро )

- Уцунага-сан обрадовался? 
- Да, очень! Приглашал зайти на чашечку какао. 
- Что такое какао?
- Что-то вроде супа из красной фасоли 

Вечер 22 февраля. Плавно подползает к полуночи. Теплый, невнятный аппендикс зимы и застывшее ожидание внеочередного выходного. На хоккейной коробке немноголюдно. Ворота сдвинуты на треть площадки. Девочкам невмоготу хочеться кататься, а послезавтра, несложные подсчеты, уже школа  - жизнь такая штука, спешит понемножку. Лед мягкий, на площадке низшая лига. А небо затянута облаками, никаких падающих звезд и проблесковых сигналов самолетов в теплые страны. 

Высшая лига, она тут неподалеку. В паре десятков метров. Отмечают скорее наступление праздника. Женщины шумно поздравляют своих защитников. Нечленораздельные выкрики и вспышки веселья. Низшая лига понемногу разбредается. Средняя на смену. Девушка Юля, вы будете играть - пожалуй, не сегодня. Леша забыл свои тапки, а малой,кажется, вовсе напился. Он падает на синей линии.Испачкал джинсы. Тычет в следы синей краски, видно плохо, но смешно. 

( А у девочки свои проблемы  )

И снова Пушкинский Музей. Выставка "Уильям Блейк и британские визионеры". Серия иллюстраций к "Божественной комедии". Уже привычный фон, глубокого иссиня-серого цвета. Чуть умиленный экскурсовод, толпа детей-пятиклассников и серьезные сопровождающие - лучшие мамы родительского комитета. 

( Диалог о пользе искусства )

"Я смущенно посмотрел на огромные кувшины, которые, точно два восточных стража, стояли по сторонам темнеющего входа в киоск..."

"Миссис Карни уважала мужа так же, как уважала Главный почтамт - как нечто большое, основательное и надежное... "

"Переходя Грэттенский мост, он с жалостью смотрел на захиревшие дома на дальних набережных реки. Они казались ему шайкой бродяг, обтрепанных, покрытых пылью и сажей, жмущихся друг к другу на берегу; завороженные панорамой заката, они ждут первого холодка ночи, который велит им встать, встряхнуться и уйти. "
                                                                                                                            (Дж. Джойс из цикла рассказов "Дублинцы")

Никакой торжествующей всеядности постмодернизма. Бродяги, почтамты и стражи с выцветших восточных гравюр. Весь мир внутри пыльного Дублина по воле Джойса. 

Как из уравнений Максвелла получить бегущую световую волну, какого цвета бывают кварки и антикварки или какие принципы индуктивного мышления выдвинул Джордж Милль? Звучит скучновато, а на деле еще хуже. Последние две недели готовлюсь и сдаю аспирантские экзамены. Чувствую себя героем индийских романов. Там молодые люди сплошь и рядом корпят над книгами в надежде выхлопотать завидное место чиновника. При этом, складывается ощущение, что принципиально важны не полученные знания, а высядка часов и пламенное желание застолбить теплое местечко в жизни. 

p.s. Впрочем наша физика не такая теплая, как потертые кожаные кресла в далеких кабинетах индийских чиновников)